26.12.15. Заметка от Людмилы Ермишиной.

Первый раз я увидела Федоровну в августе. Она стояла на бойком месте — на перекрестке Университетской и пр. Мира. Центр города, кольцо общественного транспорта, большой поток людей, удобно собирать милостыню.
Ее внешний вид меня просто ошарашил – в жаркий августовский день она стояла при полном параде. На её плечах красовался мундир железнодорожника, чистенький, наглаженный, как говорят в таких случаях «с иголочки», на лацкане мундира гордо сиял знак почетного железнодорожника. Да и сам внешний вид Федоровны не вызывал сомнения в том, что в материальном плане у пожилой женщины все в порядке. Статная пожилая дама была опрятно одета, волосы причесаны, щечки упитанные.

Однако она упорно протягивала руку с вязаной шапкой в сторону прохожих и без стеснения, обшаривая взглядом каждого – подайте, ну, подайте. Она вообще не произносила ни единого слова, но взгляд и протянутая рука говорили сами за себя.

Я гордо прошла мимо, но люди останавливались и бросали в шапку монетки.

После этого я видела почетного железнодорожника еще несколько раз.
Уже в октябре я наткнулась в интернете на репортаж донецкого журналиста о Федоровне, на фото я узнала ее сразу. Да, конечно, эта самая женщина, которая собирала милостыню, но, как оказалась, не для себя.
В конце июня (2015-го года) подразделения ополчения оставили поселок Широкино, командование ополчения предложило сделать в поселке демилитаризованную зону. Жителей предусмотрительно эвакуировали, но выехать захотели не все.
Осталось 12 человек преклонного и очень преклонного возраста, которые не пожелали покинуть свою родину. Среди них было два человека в возрасте 87-89-ти лет и один старше 90 лет.
Федоровна, как выяснилась потом, родом из Широкино и весь ее родовой корень там – родители, родственники, в Широкино родилась, там же закончила школу. Потом переехала в Донецк и всю сознательную жизнь проработала в Донецке на железной дороге.
Узнав о стариках, оставшихся в родном Широкино, Федоровна не смогла спокойно пройти мимо этого факта. Она в своем отнюдь немолодом возрасте начала по своей инициативе работать, как волонтер. Федоровна собирала гуманитарку и отвозила старикам в Широкино, которые были старше, чем она сама.
Денег катастрофически не хватало и пришлось выйти на улицу собирать подаяние.
После статьи в интернете мне удалось вновь столкнуться с Федоровной только в ноябре.
За три прошедших месяца со дня первой встречи Федоровна изменилась. Она похудела, у неё уже не было упитанных щечек. Что сразу бросилось в глаза – Федоровна заметно постарела, осунулась, в ней уже не было прежней подтянутости и молодцеватости.